Перевод документального фильма «Дневник анорексички» о болезни Хлои, 20-летней студентки юридического факультета университета Марселя.

От себя хочу сказать, что описанное заболевание является атипичной булимической формой анорексии. Обычно анорексички не испытывают потребности в вызывании рвоты, потому что у них не бывает приступов переедания.

«Хлои открыто говорит о своей болезни, о том, что это не вопрос того, чтобы есть или не есть, это психическое заболевание. Анорексички — обычно очень умные девушки.

Хлоя готовится к выпускным экзаменам, но ей с трудом удается сосредоточиться: за последние 4 дня она питалась только кока-колой лайт и сигаретами.

Родительский дом находится в 5 минутах от того места, где она живет. Психотерапевт Хлои рекомендовал ей уменьшать ее зависимость от родителей, но четырехдневная голодовка вынуждает Хлою пойти к родителям, поскольку она чувствует сильное желание поесть.

Хлоя ест только, когда у нее случаются приступы булимии. Хлоя приходит к родителям 4 раза в неделю и только когда родителей нет дома.  Дома у нее нет духовки, поэтому она пользуется духовкой в доме своих родителей. Средняя сестра Хлои не выходит из комнаты, чтобы не встречаться с ней. Младшей сестре тоже не нравятся приходы Хлои.

— Она меня ненавидит. Не знаю, сколько раз она мне это говорила. Говорит, что когда я делаю этот пирог, ей хочется впечатать мне его в лицо. Я делаю эти пирожные из того, что есть в холодильнике. Я должна приготовить его быстро, потому что чувствую приступ сильного желания есть и не могу ждать.

Когда пирог готов, Хлои забирает его и уходит. Еда — это ее зависимость. Последние 4 года она не думает ни о чем другом. Когда у Хлои случаются приступы переедания, она запасает большое количество еды в своей квартире, в основном, печенье. В последние 4 года она питается только им.

Хлои приносит домой большие пакеты с разным печеньем и раскладывает его в буфете. То печенье, что она собирается съесть вначале, она кладет ближе. Это ее ритуал, ее мания.

К Хлои приходит подруга, Амели, пытаясь вытащить ее из дому на пару часов, что почти никогда не удается ей на протяжении последних трех лет. Однако сегодня, возможно, благодаря присутствию камеры, Хлои соглашается пойти в ближайшее кафе.

У Хлои нет других подруг в университете.

— Чтобы заводить друзей, нужно вести социальную жизнь. Тебе всегда предлагают: «Давай зайдем в кафе, перекусим чего-нибудь», и я всегда нахожу отговорки.

После того, как Хлои приносят еду, она сразу просит счет, так как ей может понадобиться очень быстро уйти. Она есть ровно пять минут, не обращая никакого внимания на Амели, так как все ее 5 органов чувств сосредоточены на еде.

После еды Хлои сразу прощается и бежит к дому. Перекус в кафе пробудил приступ булимии. Дома Хлои набрасывается на запасенную еду. Она есть стоя, не останавливаясь. За 45 минут она съедает огромное количество еды.

— Когда я ем таким образом, я забываю обо всем. Это особое удовольствие. Я ни о чем не думаю в этот момент.

Хлои ест, чтобы не чувствовать себя несчастной. Хотя причины анорексии не всегда ясны, страдающие этим заболеванием всегда чувствуют неудовлетворенностью жизнью.

— Я уже чувствую, что мой желудок переполнен. Из-за этого я чувствую себя больной. В этот момент я начинаю думать о том, чтобы очиститься от всего, что я съела. Хлоя ненавидит это ощущение переполненности.

— Съемки анорексичек в больнице или на улице не дают полного представления об этой болезни. То, что вы сейчас видите, — самое худшее в моей жизни. Это моя настоящая драма. Есть, чтобы есть, и затем вызывать рвоту. Иногда я целый день не делаю ничего другого. Снимите все, чтобы люди видели, насколько я худая. Хотя я не находила себя худой, но многие люди говорили мне об этом. Они заставили меня это понять, и я хочу сделать так, чтобы другие девушки тоже это поняли и не дошли до такого состояния, как я.

Иногда я думаю, что кроме этих приступов булимии у меня ничего нет. Если они прекратятся, что я буду делать? У меня нет даже друзей, я всех их потеряла. (Хлоя плачет.) У меня ничего нет в этой жизни. Я заперта в четырех стенах. Я не хочу никого видеть и никто не хочет видеть меня. Я не делаю больше ничего, только ем и вызываю рвоту. Это единственное, что мне остается. От этого так грустно. У меня больше ничего нет, только это. Чертова еда. Я знаю, что все это неправда. Есть много людей, которые меня любят. Чертова еда!

Приступы всегда заканчиваются одинаково: Хлои в темноте вызывает рвоту в ведро, которое всегда устанавливает посередине комнаты. Она набирает воду в литровую бутылку три раза и выпивает ее.

После приступов Хлоя по совету психотерапевта ведет дневник, чтобы вернуться в реальность, поскольку во время приступов булимии Хлоя отгораживается от всего мира и замыкается в себе.

— Это болезнь ужасна. Это не я, это животное внутри меня, которое проникло в меня три года назад, и у меня не получается выгнать ее. Раньше моя жизнь была прекрасна.

Родители Хлои отказались принимать участие в передаче, чтобы сохранить достоинство и не сделать себе еще больнее. Но мама Хлои написала письмо.

«Письмо для моей дочери. Ты и я всегда были очень близки. Мы были счастливы вместе. Наша жизнь была великолепной, пока все не изменилось. У нас не осталось ничего, что мы могли бы разделить. Я думала, что любя тебя, поддерживая, я смогу прогнать твои тревоги, ужасы анорексии и вернуть тебе радость жизни. Но я решила больше не думать ни о тебе, ни о твоей болезни.»

Утром у Хлои возникает страх, что она набрала несколько грамм, и она пытается избавиться от них с помощью упражнений. Она делает их каждое утро, но не всегда, так как иногда у нее не остается на них времени из-за следующего приступа булимии.

— Я делаю упражнения для ног, чтобы сбросить 100 калорий. Каждый грамм, которые я сброшу, ценен для меня. Мои кости очень страдают, у меня остеопороз. У меня кости женщины 60-ти лет.

Хлоя живет в больном теле, под постоянной угрозой внезапной смерти. У нее обезвоживание из-за рвоты, поэтому у нее в любой момент может случиться инфаркт. У нее анемия, нехватка необходимых для жизни элементов. Каждая десятая анорексичка умирает от недоедания или кончает жизнь самоубийством.

Хлоя не представляет себя ни в каком другом облике, чем тот, что есть сейчас. Она не видит, во что превратилась. При росте 172 см 4 года назад она весила 56 килограмм, на 20 килограмм больше, чем сейчас. И тем не менее, она кажется себе толстой.

— Я не хочу смотреть на себя в зеркало. Я не кажусь себе тощей, вовсе нет. Люди говорят, что видят у меня все кости. Я думаю: «Они сошли с ума?» Мы видим не одно и то же. Если я щупаю себя, ничего не меняется. Я чувствую себя сильной от того, что могу контролировать свой вес.

Умение контролировать свой вес и свой аппетит — для Хлои это победа. Но ужасное отсутствие доверия к себе очевидно. Располнеть — для нее это значит быть слабой.

Последний молодой человек был у Хлои 4 года назад, когда она была привлекательной. Сейчас никто на нее не смотрит. Хлоя всегда одевалась по последней моде, но теперь ей ничего не идет, так что нет смысла напрягаться.

— С тех пор, как я заболела, я почти всегда одеваюсь в черное, только в черное. Не знаю, почему. Наверное, из-за того, как я себя чувствую. Я хотела бы носить белое, но не хочу привлекать внимание к фигуре. Я противоречу себе во всем, что делаю. Я хочу вылечиться и не хочу полнеть. Это невозможно.

Хлоя решила купить себе что-то в своем стиле и своего размера. Она идет по магазинам в сопровождении своей сестры Марго. Она просит джинсы самого маленького размера, меряет их и говорит: «Что это за ужас? Люди скажут: вот идет женщина-слон».

Хлоя отказывается поменять топ, подчеркивающий грудь, и говорит, что всегда прячет свою грудь, чтобы не выглядеть слишком женственной. Тело без округлостей. Хлоя отвергает свою женственность. Это свойственно анорексичкам. Как обычно, Хлоя не нашла ничего своего размера.

В последнее время Хлоя чувствует, что у нее нет мотивации учиться. Она перестала ходить в университет какое-то время назад, поскольку по пути от университета до дома она проходила мимо 17 кондитерских, в которых покупала пирожные, а дома вызывала рвоту.

У Хлои не было приступов булимии уже 5 дней. Завтра у нее экзамен, и чтобы избежать приступа булимии в этот день, Хлоя выбирает по справочнику наименее калорийные овощи и фрукты и впервые за время съемки посещает в супермаркете овощной отдел. Она покупает огурец, и съемочная группа впервые видит ее садящейся ужинать на диване.

— Я чувствую себя расслабленной и в мире с собой. Я лягу и спокойно засну. Мне не нужно будет проводить целый час, вызывая рвоту, и еще час, отмывая кухню.

Утром Хлоя чувствует себя хорошо, кажется, что она не сильно отличается от других студентов в аудитории. Однако это кажущаяся нормальность заканчивается, так как теперь Хлоя чувствует себя свободной от других забот и снова может отдаться приступу переедания. Она, как зависимый, дорвавшийся до своего наркотика, поглощает еду и вызывает рвоту до 6 раз в день.

Первый кусок — это удовольствие, затем депрессия постепенно овладевает ею. Всегда одно и то же: один час она ест, затем час очищаеться, потом все заново. Медленное самоубийство. После приступов Хлоя делает запись в дневник и отмывает кухню, до тех пор, пока она не становится безупречно чистой.

Она хочет уничтожить малейший след того, что происходило, в том числе внутри себя. Хлоя принимает слабительное. Нормальная доза — 2 таблетки в день, но после приступов булимии она выпивает сразу 10 штук за раз. Эта навязчивое посттравмитическое стремление к чистоте добавляет значимый штрих к картине расстройства Хлои.

Хлоя просыпается в очень плохом физическом и душевном состоянии.

— Больше всего меня беспокоит моя сестра Клара. Я хотела бы сказать ей столько всего. Я хотела бы поговорить с ней так, как это было до того, как это все случилось. Мы с ней так отдалились, что я не могу ей сказать, как сильно люблю ее. Я могу обнять родителей и сказать им, как сильно я люблю их. Но эта болезнь воздвигла стену между мной и Кларой, и я ее потеряла. Это не жизнь. Она абсолютно  пустая и отвратительная.

Хлоя чувствует себя так плохо, что решает взвеситься. Она несколько минут стоит, не решаясь встать на весы. Весы показывают 33 килограмма 800 грамм. С таким весом Хлоя должна лечь в больницу.

— Я боюсь умереть от инфаркта. Я не хочу умирать. Я хочу лечь в больницу, потому что не могу справиться с этим сама. Хотя я хотела бы гордиться тем, что преодолела болезнь самостоятельно. Но я не могу.

Психотерапевт Хлои говорит, что за два года, что он ее лечит, ему так и не удалось ей помочь. Когда Хлоя пришла к нему, ему казалось, что у нее хорошие перспективы, так как она осознавала, что больна, и рассказывала, как ей плохо.

«Анорексия — это проблема, связанная с незрелостью, — говорит психотерапевт Хлои. — «Она не хочет развиваться, чтобы стать женщиной. Возможно, она отказывается от этого, потому что думает, что не может стать такой, как ее мать. Она думает, что если она не станет такой, как ее мать, то не сможет быть женщиной вообще.»

— Некоторые думаю, что начать есть — это вопрос силы воли. Но это не так, ведь делать то, что мы делаем со своими телами, требует очень много силы воли.

Я очень идеализировала свою мать. Иногда я думаю о ней и повторяю себе, что никогда не смогу быть такой, как она (Хлоя плачет). Мне кажется, что весь мир ждет от меня того же, что сделала она. Но я не могу, это слишком для меня.

Хлоя сдала экзамены и отправилась со своей семьей на побережье. Сегодня она готовит десерт на ужин. Удивительно, но анорексичкам нравится готовить и смотреть, как другие едят их блюда.

— Если они не съедают все, я очень сержусь. Я не разрешаю им подняться из-за стола, пока их тарелки не будут чистыми. Если они спрашивают, почему я не ем, я очень сержусь. Не хочу, чтобы они беспокоились об этом. Я чувствую себя спокойнее, когда знаю, что они хорошо едят и здоровы. Я боюсь, что с ними произойдет то же, что и со мной.

Мама Хлои отвечает на вопрос о том, верит ли она, что Хлоя вылечится.

— Не знаю, я надеюсь на это. Я знаю, что она может вылечиться, но боюсь, что может быть уже слишком поздно. Ее болезнь зашла уже так далеко, она выглядит истощенной. Вылечится ли она? Я не уверена. Иногда мне кажется, что я верю в это, а иногда я думаю, что возврата назад нет.

Когда я думаю об этом, меня охватывает гнев и раздражение, потому что я не выношу, когда не могу ничего сделать. Я устала повторять себе, что нужно набраться терпения. Мне трудно представить, что однажды я могу проснуться и увидеть ее такой, какой она была раньше: веселой, полной жизни. Я устала видеть ее такой, как зомби. Мне трудно говорить об этом. Это не лучший момент в моей жизни.

Хлоя: С самого детства я мечтала выйти замуж и уже иметь детей к 20-ти годам. Когда однажды я вспомнила эту свою мечту, на меня накатила депрессия. Я сказала себе, что мне 20 лет, и у меня ничего нет. Даже парня нет. Но иногда я думаю: возможно, еще не все потеряно. Может быть, новая жизнь ждет меня где-то недалеко. Возможно, у меня еще есть будущее.

В данный момент Хлоя ждет, когда освободится место в клинике, которая поставила ее в лист ожидания.

avatar1Помощь при анорексии:
Психолог Григорьева Елена

Читайте также:
Анорексичка
Анорексия: истории из жизни девушек
«Я чуть не умерла от нервной анорексии»

Смотрите документальный фильм «Дневник анорексички» на испанском языке: